Дети кукурузы 666: Айзек вернулся (1999)

Гэтлин пахнет выжженной кукурузой и чем-то липким, чужим. В первый раз, когда я увидела эти дома, мне показалось, что за каждым окном кто-то наблюдает, следит, как я иду по растрескавшемуся асфальту. Местные дети исчезают в переулках, оставляя после себя шорох и хихиканье, а взрослые говорят коротко, будто проверяют, не скажу ли я лишнего. Мать словно растворилась в этом воздухе, и её имя здесь не любят вспоминать. Я бы не зашла к гадалке, если бы не вечерняя тоска, но внутри всё было заполнено кукурузными стеблями и странными рисунками на стенах. Она улыбнулась беззубо, выдохнула: «Он вернулся». Потом ещё кто-то — мальчик с острыми скулами, его глаза будто знали мои тайны. Айзек — это имя висит в воздухе, как старое проклятие. Иногда мне кажется, что я всё ещё иду по улицам этого города, и кто-то ждёт, когда я оступлюсь.