Величайшая из когда-либо рассказанных историй (1965)

Я всегда вспоминаю, как в ту ночь, когда все спали, в дом ворвались чужие люди с дарами и странными словами. Они долго смотрели на младенца, а потом исчезли, оставив после себя запах дальних стран и какую-то тревогу. Потом был Египет, возвращение — почему-то я вспоминаю длинную дорогу, жару, затылок матери перед глазами. Иногда мне кажется, что всё это было не со мной, а с кем-то другим. Мне врезался в память тот день на берегу, когда он позвал меня не словами, а взглядом — и я почему-то пошёл за ним. Было много смеха, пыли на ногах, хлеба, который всегда почему-то оказывался вдоволь. Иногда он исчезал, и мы искали его среди толпы, а однажды он долго молился в саду, и тогда всё вокруг будто сжалось, стало тесно. Я помню его руки, когда они ломали хлеб, и как в последний раз он смотрел на нас, будто прощался, хотя никто не понимал почему.