Мир в войне (1973)

Тот самый цвет, который никогда не покажут на школьных уроках истории: Гитлер на отдыхе, улыбается в объектив, Ева Браун снимает танцы и прогулки на Альпийской поляне. В глазах всех этих людей не страх, не жестокость — растерянность и утомление, будто война — затяжная гроза, и нет сил ждать солнца. Архивные плёнки, выцветшие, дрожащие, как будто сам мир в тот момент не был уверен, что это стоит запоминать. Чужие письма, чужие сны, лица на которых написаны сотни историй, которые никто не стал бы рассказывать по доброй воле. Вспоминает секретарша — руки дрожат, голос сбивается, она всё еще ищет оправдания в мелочах. Где-то женщина в подвале читает сказку детям, чтобы не слышать взрывов, а на экране в это время маршируют чужие сапоги по её улице. Мужчина в мятой гимнастёрке говорит, что не помнит первых убитых — только взгляд одного мальчишки, умирающего в грязи. Всё это — не набор фактов, а разрозненные куски чьей-то чужой жизни: короткие паузы между выстрелами, случайные слова, с которых потом начинается память.