Доктор Преображенский (2018)

Преображенский ловит себя на том, что всё чаще думает о Западе – не о свободе, не о джазе и цветных журналах, а о больницах, где делают такие лица, каких тут не умеют. Он не говорит об этом даже жене, только однажды, когда в операционной не зажёгся свет, выругался слишком громко. В коридорах его называют гением, а он ночами переписывает какие-то бумаги, надеясь, что они доберутся до Москвы и кто-то поверит – можно делать по-другому. К нему приходит Зорин, молодой, упрямый, с руками, которые ни разу не дрогнули даже на экзамене. Зорин смотрит на Преображенского с завистью и раздражением, но остаётся, потому что в его голове крутится слово «Париж». Он не спрашивает, зачем Преображенский встречается с людьми в серых костюмах и почему некоторые операции проходят ночью. В отделении пахнет спиртом, иногда палёной кожей. Пластика здесь – не про красоту, а про возможность снова выйти на улицу днём. Каждый день кто-то приносит фотографии, на которых чужие лица выглядят лучше, чем свои. Преображенский делает вид, что не замечает, как Зорин изучает карты побегов и учит французский по старым книгам. Утром они заговаривают друг с другом чуть громче, чем нужно, и оба делают вид, что никто не слышит, как за стеной звонят телефоны, которые нельзя брать.