О'Ромео (2026)

Он всегда смеялся над романтиками, бросал женщин так же быстро, как менял дорогие рубашки, и не знал, как выглядит тишина после выстрелов. Когда она появилась, у него впервые задрожали руки — не от ярости, не от виски, а от желания остаться. Тогда, в прокуренном баре на окраине, он впервые услышал, как стучит его собственное сердце, и это было куда страшнее любого врага. Пока он учился отличать настоящую любовь от привычки к опасности, улицы превращались в поле битвы. Люди, которых он знал с детства, исчезали один за другим: кто-то сменил сторону, кто-то внезапно стал мертвым. Ночью в городе раздавались выстрелы, днем — сплетни, и только она смотрела в его глаза так, будто в этом городе нет ни крови, ни долгов, ни войны.