Переезд в общежитие стал для них началом другой жизни. Четыре первокурсницы, случайно оказавшиеся в одной комнате, впервые почувствовали, что никто больше не диктует, как им жить. Вчерашние школьницы,...
Переезд в общежитие стал для них началом другой жизни. Четыре первокурсницы, случайно оказавшиеся в одной комнате, впервые почувствовали, что никто больше не диктует, как им жить. Вчерашние школьницы,...
Конец девятнадцатого века. Америка кипит от жажды золота. Люди бросают дома, семьи, прежнюю жизнь — и идут туда, где, по слухам, земля блестит от богатства. На берегах Юкона, в Клондайке, рождается новая...
Эмили и Рик когда-то знали, как звучит смех друг друга, как пахнет дом, где всё только начинается. Теперь между ними — бумаги, споры и усталость. Они привыкли жить порознь даже под одной крышей, пока судья не...
Тед привык улыбаться даже тогда, когда прогноз обещает сплошные дожди. Работа синоптика редко приносит славу, но он всё равно верит в хорошую погоду — и в чудеса. Особенно когда судьба сводит его с Хоуп,...
Верна всегда считала, что знает, как правильно жить — и не стеснялась об этом напоминать. Теперь, после инсульта, её голос стал тише, но прошлое всё равно звучит громче любого упрёка. Эллен возвращается домой,...
Сэм всегда держал дистанцию, как профессионал держит нож, осторожно и с привычкой, что не отпускает. Он шил себе жизнь из задач и правил, где нет места жалости. Убивал тех, кто хотел уйти от тёмного бизнеса, и...
Флорида. Жара, покой и тонкая граница между соседством и враждой. Всё началось с мелочей — громких звуков, обидных слов, взглядов через забор. Но за каждой мелочью копилась усталость, раздражение, злость, пока...
Филиал «Dunder Mifflin» в Скрэнтоне давно привык к странностям своего начальника, но даже для Майкла Скотта это было слишком. Одиннадцать лет — столько он посвятил съёмкам собственного боевика «Уровень...
Форрест Гамп с самого начала был другим — тихим, простым, непонятным для большинства. В детстве ему приходилось терпеть насмешки, но мать верила: если дать сыну шанс, он сможет пройти свой путь. Она научила...
Сентябрь тридцать девятого года разорвал Европу надвое. Польша рухнула под сапогами вермахта, и Краков стал перевалочным пунктом чужой воли. Евреев сгоняли в города, ставив на учет, как инвентарь. Вскоре...