Военнопленный (2025)

Лагерь где-то на Филиппинах, жара, сырость, вонь от тел и страха. Я помню, как Джеймс, парень с холодным взглядом и привычкой стискивать кулаки, пытался не показывать усталость. Офицер SAS среди нас — почти миф, но мифы тоже истекают потом и кровью. Однажды ночью его вывели на плац, где японцы расставили фонари и устроили зрелище: наши товарищи были вынуждены драться друг с другом за глоток воды, за обещание не быть избитым до полусмерти. Я смотрел, как Джеймс выходит вперёд, и в тот момент он будто перестал быть человеком — стал чем-то остальным, чем-то, что не ломается. Потом всё смешалось: крики, удары, глухие стоны. В лагере быстро шептались — если кто и способен вытащить нас в этом аду, это будет он, упрямый англичанин, который ещё помнил вкус табака и запах лондонского дождя. Каждый раз, когда его возвращали после очередного боя, мы ждали — вдруг этот раз был последним. Но он всегда возвращался, с разбитыми костяшками и взглядом, в котором жила не только боль, но и какая-то упрямая надежда.